Въ путеводителѣ сказано, что Неаполь одинъ изъ самыхъ большихъ городовъ Италіи — въ немъ свыше полумилліона жителей.
Я, думаю, путеводитель сказалъ на этотъ разъ правду, потому что уже на вокзалѣ я насчиталъ очень много народу.
Неаполитанцы у насъ, въ Россіи, извѣстны своими оркестрами. Мифасовъ сообщилъ намъ нѣкоторыя свѣдѣнія объ оригинальномъ подраздѣленіи этого народа на группы: весь Неаполь дѣлится на такъ называемые оркестры, а оркестры дѣлятся на отдѣльныхъ жителей, мужчинъ (игра на гитарѣ и пѣніе) и женщинъ (пѣніе и танцы).
Конечно, Сандерсъ не приминулъ вступить съ нимъ въ безконечный споръ, оспаривая правильность этого простого и яснаго подраздѣленія. Мнѣ оно понравилось.
Стремленіе неаполитанца надуть туриста возведено въ культъ. Въ Венеціи и Римѣ это дѣлается спѣшно, по-любительски безъ установленныхъ пріемовъ и твердой организаціи. Неаполь-же можетъ похвастаться серьезнымъ и добросовѣстнымъ отношешеніемъ къ своему дѣлу.
Одинъ мой знакомый разсказывалъ слѣдующій случай изъ неаполитанской жизни…
Сидѣлъ онъ однажды въ кафе и пилъ кофе. Народу было мало — нѣсколько итальянцевъ за мороженнымъ и одинокій туристъ англичанинъ, мирно пившій въ углу кофе. Выпивъ его, англичанинъ вынулъ портмонэ, сталъ рыться въ немъ и, при этомъ, нечаянно выронилъ золотую монету. Никто не трогался съ мѣста. Только одинъ слуга прошелъ въ этотъ моменть мимо, обремененный подносомъ съ новыми порціями мороженнаго.
Англичанинъ позвалъ другихъ слугъ, попросилъ поднять монету, но — монета какъ въ воду канула. Всѣ слуги искали ее на глазахъ у англичанина — утаить было невозможно; монета не могла куда нибудь закатиться, потому что щелей въ полу не было.
И тѣмъ не менѣе, монета исчезла.
Выругавшись, англичанинъ расплатился и ушелъ.