Шатаясь, мы вышли изъ магазина и побрели дальше, останавливаясь передъ витринами, захлебываясь въ этихъ каскадахъ марокъ и пфениговъ, превращенныхъ въ неособенно изысканныя, но невѣроятно дешевыя драгоцѣнности.
— Вотъ это такъ чистота!
— Вотъ такъ магазинчикъ!
— Господа! — снова закричалъ Южакинъ. — Живыя куклы!.. На той сторонѣ… Напротивъ, Сандерсъ.
— Манекены для солдатскаго платья? Дѣйствительно, изумительно, ребята. Подойдемте поближе, Южакинъ.
— Осторожнѣе, господа, — испуганно закричалъ Мифасовъ. — Не трогайте! Они живые!
— А, ччортъ, — пробормоталъ близорукій Южакинъ, быстро отдергивая руку, — въ самомъ дѣлѣ… Что это они? Ай!
— Да не кричите вы, Южакинъ… Просто пріемы дѣлаютъ, вотъ и все. Офицеръ идетъ.
И Крысаковъ указалъ на странную фигуру проходившаго человѣка, сдѣланнаго изъ дерева и кожи, при участіи военной формы.
Живыя куклы дернули ружьями, судорожно выкинули ихъ впередъ и снова перехватили, медленно погасивъ мелькнувшій въ глазахъ невыразимый ужасъ.