Пыхтя и кряхтя отъ усилія держать себя въ границахъ, онъ продолжалъ:
— Хорошо еще, что племянница — сдержанная дѣвушка, умница, только потомъ разсказала, когда поѣздъ ушелъ… «Знаешь, говоритъ, дядя, какъ сейчасъ надо мной подшутили?» — Не знаю. — Ищу я въ вагонѣ мѣсто и вижу одно свободное, противъ двухъ дамъ, рядомъ съ ихъ кавалеромъ… Скорѣе туда… Трахъ! А онъ подъ меня кулакъ подставилъ. Такъ я до потолка и подпрыгнула. Больно, стыдно, а онъ заливается… Дамы тоже. А?!
— Неумѣстная шутка, — пробормоталъ я, сознавая въ душѣ, что ручей, обучавшій шуткамъ швейцарскаго кавалера, былъ не изъ самыхъ изысканны хъ.
— Вы находите! — ядовито прищурился господинъ и съ злобной ироніей кивнулъ въ уголъ вагона.
— Полюбуйтесь!
Тамъ, прикурнувъ къ стѣнкѣ, дремало странное существо съ громаднымъ клубкомъ подъ подбородкомъ. Одна рука, свѣсившаяся, какъ плеть, медленно раскачивалась отъ толчковъ вагона, обремененная чудовищной, корявой, какъ кора дуба, кистью, другая лежала на колѣняхъ, сжатая въ темный, жесткій кулакъ.
Тамъ, прикурнувъ къ стѣнкѣ, дремало странное существо.
— Красавецъ, — прошипѣлъ отставной полковники. — На этакій кулачокъ наткнуться — прошу покорно.
— Что это у него подъ подбородкомъ? — съ ужасомъ спросилъ я.