Онъ былъ правъ. На этихъ восьми зеленоватыхъ листахъ было все, что угодно. Предлагалось и требовалось, покупалось и продавалось. Старое и молодое, новое и потрепанное.
Мебель, посуда, скромные женихи и целомудренныя невѣсты, строгія вдовы, коровы, лошади, машины и зданія. Все это красовалось съ одинаковымъ достоинствомъ, съ сознаніемъ права быть проданнымъ и покупаться, точно и вѣрно расцѣненное.
— И вы читаете это все? Цѣликомъ? — воскликнулъ я.
— Все!
Онъ посмотрѣлъ на меня съ высокомѣрно-хвастливой улыбкой и постучалъ по лбу, одной изъ своихъ сосисокъ.
— Для этого нужно имѣть время и кое-что здѣсь.
Потомъ опрокинулъ въ ротъ кружку и кинулъ въ пространство:
— Пива!
МОЯ ХОЗЯЙКА
Это была миніатюрная старушка, лѣтъ семидесяти, фрау Мюллеръ, съ лицомъ, сморщеннымъ, какъ бумага для абажура.