Второе обстоятельство, на каком необходимо остановиться в связи с вопросом о налоговом обложении частного капитала, — это вопрос о связи между размерами налогов и современной дороговизной в СССР. Частные торговцы и их идеологи (а равно поддающиеся их влиянию элементы) пытаются обычно свалить ответственность за дороговизну товаров в частной торговле на советскую власть: она облагает будто бы слишком высокими налогами.
На деле вся тяжесть обложения по отношению к цене товаров и особенно разница в этой тяжести между обложением торговли частной и кооперативной так невелика, что объяснять ею дороговизну товаров в частной торговле сравнительно с кооперативной совершенно невозможно. Гораздо более значительную роль играет повышенная нажива частника сравнительно с уровнем кооперативной прибыли. Отсутствие решающего значения нашего уровня налогов для современной дороговизны в частной торговле доказано за последние годы дважды экспериментальным путём (на опыте). Выше были приведены официальные данные, показывающие, что в 1925/26 г. тяжесть обложения частной торговли была понижена. А дороговизна в частной торговле, как показывают индексы, в этом году увеличилась. Наоборот, в следующем, 1926/27 г. тяжесть обложения частного капитала была увеличена. А дороговизна в частной торговле промышленными изделиями — впервые за долгое время — перестала расти, а в первое полугодие 1926/27 г. даже несколько уменьшилась. Из этого, конечно, не следует, что стоит увеличить налоги, как сейчас всё подешевеет. Но из этого следует, что не налоги играют у нас в настоящее время решающую роль в направлении движения дороговизны на частном рынке. И, стало быть, все кивания на налоговые меры советской власти как на первопричину дороговизны у частников — не имеют под собою почвы, противоречат фактам и являются проведением чуждой идеологии или невежественной капитуляцией перед ней.
В «Экономической жизни» от 16 апреля 1927 г. работник Наркомфина П. Кутлер сделал сопоставление налогов на частный оборот, величины этого оборота и величины розничных накидок частных торговцев на оптовые цены по Москве за два года (по полугодиям с октября 1924 г. по сентябрь 1926 г.). Приэтом тут приняты во внимание полностью все налоги, как непереложимые, так и перелагаемые (без всякого вычета перелагаемой части). Результат оказывается таким:
[— Месяцы — отношение налогов к сумме оборотов частников — розничная накидка на оптовые цены.]
— Октябрь 1924 г. — март 1925 г. — 8,9% — 40,3%.
— Апрель 1926 г. — сентя6рь 1926 г. — 6,0% — 47,5%.
Тяжесть обложения уменьшилась, а накидка увеличилась. Вся величина обложения в несколько раз меньше одной только накидки в рознице. Частник, используя положение на рынке, не только положил в карман разницу от уменьшения тяжести обложения, но и ещё повысил накидки. И наоборот: удешевление может достигаться без уменьшения налогов с частника — одним увеличением советского вмешательства в организацию рынка, увеличением доли товаров, продаваемой советским путём. Государство энергично принялось за понижение цен промтоваров в собственной и кооперативной сети и усилило соответственное давление и на частников. В итоге частники тоже несколько понизили цены даже при одновременном увеличении налогов с частого оборота. Таким образом, отсутствие причинной связи между нашими размерами налогов и современной дороговизной на частном рынке доказано за последние годы дважды — и прямым и обратным путём. Уровень нынешней наживы капиталистических торговцев вполне позволяет дальнейшее продолжение той же линии на одновременное снижение ими взимаемых с потребителя цен и увеличение отдаваемой государству доли их дохода.
Глава 8. Эволюция частного капитала
Мы пересмотрели историю образования частного капитала в СССР, его нынешнее состояние и роль в сельском хозяйстве, промышленности, торговле и на денежно-кредитном рынке (отчасти и в транспорте), динамику, взаимоотношения с частным трудовым и с государственным хозяйством в этих областях и некоторые намечающиеся в них перспективы, а равно значение и направление совокупности мер государственного воздействия.
Четыре основных черты намечаются в связи с этим в эволюции частного капитала в СССР, как она происходила за шестилетие нэпа (1921–1927 гг.) и как она может быть предвидена на ближайшие годы. Черты эти таковы: