Через капиталистическую оптовую и полуоптовую торговлю проходят следующие части промышленной продукции страны:
1) продукция капиталистической промышленности, в том числе домашней системы её;
2) часть продукции трудовой кустарной промышленности, скупаемая капиталистическими скупщиками;
3) часть продукции государственной промышленности, легально продаваемая частному опту и полуопту;
4) часть нелегально скупаемой частными торговцами государственной продукции (через подставных перекупщиков в государственных и кооперативных розничных лавках).
Продукция капиталистической промышленности (включая лжекооперативы и домашнюю систему) составила в 1925/26 г., как мы видели, около 11,7%. Часть этих изделий капиталисты продают госорганам и кооперативам, так что потребитель получает эти изделия иногда не из частных лавок, но во всяком случае первоначально сбыли их госорганам капиталисты, так что через капиталистическую торговлю они прошли целиком.
О том, какая доля из всей кустарной продукции (в том числе организованной в «домашнюю систему капиталистической промышленности») продаётся через частных скупщиков, имеется довольно много сведений. На 1 апреля 1926 г. по СССР из всех кустарей участвовало в кооперативах, входящих в систему кооперации, только 9%, т. е. 280 тыс. чел. Кроме того, участвовало в «диких» кооперативах, не входивших в эту систему, т. е. почти сплошь в лжекооперативах, ещё 11%. Наконец совсем не входило ни в какие кооперативы 80% всех кустарей (цит. по статье т. Цылько, стр. 75 журнала «На аграрном фронте» за 1927 г.). Но даже и кустари, участвующие в кооперативах, входящих в систему, всё же оказываются подверженными в значительной степени зависимости от частного скупщика. По данным Всероссийского союза промысловых кустарей — Всекопромсоюза, опубликованным в журнале «Плановое хозяйство», № 2, за 1927 г.‚ на стр. 28, кооперативы, входящие в систему кооперации, продают через частника 30% своей продукции. Это — по РСФСР. По Украине же они продают через частника даже 40% своей продукции. Это кооперативы, входящие в систему кооперации. Что же касается кооперативов, не входящих в систему кооперации, то они продают ещё в большей мере, почти сплошь. Роль частника в сбыте промышленных изделий всей сети промысловой кооперации РСФСР оказывается в результате: по деревообделочному промыслу 65%, по кожевенному промыслу 38% и т. д. (Цылько, стр. 75). Наконец что касается кустарей, не входящих ни в какие кооперативы, — а таких кустарей у нас 80%, — то, по всем имеющимся данным, они продают свои изделия в подавляющей части через частного скупщика. Например
«в реализации валяной обуви роль частника по Калязинскому, Иваново-Вознесенскому и Вятскому районам определяется в 80% всех заготовок, по Уральской области — 85%»
и т. д., а в итоге, даже по Всекомпромсоюзу, для кустарной промышленности в целом (включая кооперацию)
«роль частника в сбыте кустарных изделий определяется не менее чем в 60–70% даже в наиболее кооперированных районах» (Цылько, стр. 74).