Петька, поднявший было вторую ногу, так и замер, болтая ею в воздухе.
За первым криком раздался второй, еще более пронзительный, и во двор вылетел мальчишка немногим меньше Петьки, но крепче его и шире в плечах.
Вслед за ним на пороге показалась женщина в подоткнутой юбке и сползающем с растрепанных волос платке. Одной рукой она размахивала каким-то красным платком, другая рука, вооруженная кочергой, грозила мальчику.
Петька, еще не совсем оправившийся от только что перенесенной взбучки, решил лучше не показываться сейчас на глаза Митькиной матери. Он спрятался за плетнем и, приладив глаз к одному из просветов между ветвями, стал наблюдать за быстро развертывающимся ходом военных действий.
Неприятель, вооруженный железным орудием, грозно наступал.
Митька не без храбрости кричал:
— Отдай! Слышь, мама, отдай!
Мать сделала шаг вперед. Кочерга грозно устремилась на Митьку.
— Не отдам, накажи меня бог!