И звонкоголосьем ринулось:
— Да здрав — ству — ет!
В один из октябрьских тревожных дней проснулся Мишка от грозовых выбухов, сотрясающих рамы дома.
Сбросил Мишка с лежанки ноги, вскочил.
— Чего? — забормотал он с просонья.
А мать по комнате прохаживается в беспокойстве, пальто одела, повязалась платком по старушечьи, — в глазах тревога свернулась.
— Ты, Мишенька, сегодня уж не ходи, на телеграф-то!..
— Чего?
— А так, неладно у нас в городе!
— Что неладно-то?