— Что-то будет теперь? — подумал он, протискиваясь в двери комнаты, набитой людьми.
В маленькой дежурной комнате шло экстренное собрание чиновников привокзальной почты и телеграфа. Сквозь сизые туманы табачного дыма можно было различить форменные тужурки юзистов, морзистов и бодистов.
В сизом тумане плавает вздрагивающий голос начальника конторы, распертый колючим бессилием злобы:
— …А до тех пор… Мы не должны приступать к работе… Мы присягали временному правительству. Мятеж поддерживать мы не должны и не можем… Необходима твердость и решительность…
— Как скоро кончится все это?
— Мне думается — неделя, полторы. Вернее всего — несколько дней.
— Значит…?
— Значит, до появления правительственного приказа о начале занятий, мы свободны.
— Что ж, дома недурно посидеть, — сказал кто-то, когда чиновники чинно начали выходить из комнаты. И кто-то засмеялся:
— Ну, вот, слава богу, и мы дожили до забастовки!