Снова вошла машинистка.
— Товарищ Вевер, он отказывается писать, ему надо поговорить с вами лично. Согласился подождать, пока вы не освободитесь. Что ему сказать?
— Ну, пускай входит, теперь все равно покоя не даст.
Понте закурил папиросу и склонился над бумагами с видом крайне занятого человека. Но когда в дверях показалось круглое румяное лицо толстячка и посетитель, улыбаясь, спросил: «Можно, Кристап?» — заместитель председателя уездного исполкома нервно вскочил со стула и уставился на вошедшего.
— Заходи, Абол. Почему сразу не сказал, что это ты?
— Ну, знаешь, легче верблюду пролезть сквозь игольное ушко, чем простому смертному попасть к тебе. Так-то ты поддерживаешь связь с массами?
Улыбаясь, они пожали друг другу руки.
— Будь покоен, Абол… — тихо произнес Понте. — Связь с массами имеется. Спрашивается только — с какими… Ты из Риги?
— Так точно. Несся, как ветер, чтобы повидать тебя.
— А что, очень спешное дело? Может, подождать до обеда, тогда пойдем ко мне на квартиру. Там можно говорить свободнее.