Как высеченные стальным молотом на гранитном утесе, запечатлелись эти слова в сознании народа, и отныне их не могли изгладить никакие переживания, никакие неудачи и трудности. Скупые, четкие слова, перед чьей правдой должен был сойти на нет оголтелый лихорадочный напор противника, — они проникли в самую душу и сознание советского народа, чья сила поразила все человечество.
С первого же дня войны по городу стали распространяться тревожные слухи. Гуго Зандарт усердствовал и в клубе художников, и на улице, и в квартирах знакомых.
— Слыхали? В Спилве выброшен немецкий десант. Аэродром уже в их руках, и ни одна советская машина не может подняться в воздух.
— Вы уже слышали? У Даугавгривы, возле Буллюциема, немецкие корабли высадили десант. Он уже захватил крепость и движется к Задвинью.
— Вы уже слышали? Между Тукумом и Кемери сброшены две тысячи парашютистов. За заводом «Квадрат», в районе Сортировочной, сброшено семьсот человек.
— Немецкие танки уже в Мейтене и подходят к Елгаве.
После первого налета вражеской авиации на Ригу слухи стали расти. Почти через каждые десять минут к ответственным партийным и советским работникам звонили по телефону анонимные благожелатели: «Почему вы ничего не предпринимаете, когда враг у ворот Риги? В больничном саду в Задвинье спрятался целый батальон немцев. Горит ВЭФ… Взорвана Кегумская электростанция… Киш-озеро полно немецких подводных лодок!»
Но эти выдумки быстро разоблачались. Намерения пятой колонны были ясны: создать панику и дезорганизацию, помешать работе руководящих учреждений. И когда поздно ночью к Силениеку позвонил один из таких услужливых типов, который будто бы своими глазами видел, как по Московской улице промаршировали в сторону центра две роты немцев, Андрей спокойно ответил:
— Если вы перепуганный обыватель, которому везде чудятся привидения, выпейте холодной воды и ложитесь спать. А если вы из пятой колонны и ловите на удочку дураков, то убирайтесь к черту. Мы плюем на ваших немцев! — и положил трубку.
Через несколько минут снова звонок. Потом еще и еще. Тогда Силениек усадил за телефон одного рабочегвардейца. Когда раздавался телефонный звонок, тот брал трубку и сам задавал вопрос: