— Вы опять правы, — шутливо ответил он, откидываясь на спинку стула и любуясь ее серьезностью. — Но я, кажется, успеваю пока все. Однако стоя разговаривать неудобно. Вы, может быть, сядете?
Тамара, поблагодарив, села. Впереди предстояла длинная ночь дежурства, и Ветрову захотелось отвлечься на время от своих мыслей.
— Давайте поговорим с вами о чем–нибудь, — сказал он. — Только не о рецептах — мне не хочется сейчас о них думать. О чем–нибудь другом, лирическом… Помните, вы писали недавно письмо… другу? Это хорошо, получать теплые письма. И ваш друг, наверно, очень его ждет… Я угадал?
— Нет.
— Почему?
— Я порвала это письмо.
— Порвали?.. Оно было нехорошим?
— Нет, оно стало ненужным… — Тамара тяжело вздохнула, помедлила и со спокойной грустью добавила: —.Да, ненужным…
Она смотрела куда–то мимо Ветрова. Он понял, что выбранная им тема была как нельзя менее удачна, но было поздно. Он хотел успокоить ее и сказал:
— Не расстраивайтесь, пожалуйста. И извините меня. Я не знал. Но известие, полученное вами, может быть ошибочным. Это случается часто. Надо надеяться.