– Будет ли достаточно слова Арсена Люпена в суде?
– Неважно, я подам иск.
Публика топала ногами. Заключались пари. Одни уверяли, что Люпен уничтожит мсье Жербуа, другие – что это всего лишь угрозы. Всех одолевали дурные предчувствия – настолько силы противников были неравны. Один свирепо наступал, а другой был растерян, как загнанный зверь.
В пятницу люди расхватывали «Эко де Франс» и лихорадочно изучали пятую страницу – раздел объявлений. Ни одной строчки не было адресовано господину Арсену Люпену. В ответ на его предписание господин Жербуа хранил молчание. Это было объявлением войны.
Вечером из газет стало известно о похищении мадемуазель Жербуа.
В том, что можно было бы назвать театром Арсена Люпена, нас забавляет невероятно комическая роль полиции. Все проходит мимо нее. Он говорит, пишет, предупреждает, командует, угрожает, приводит угрозы в исполнение, как будто нет ни начальника полиции, ни агентов, ни комиссаров – никого, кто мог бы помешать его замыслам. Все это – пустое и никчемное. Препятствий нет.
Однако полиция лезет из кожи вон! Как только речь заходит об Арсене Люпене, полицейские чины распаляются, кипят, пенятся от ярости. Это – враг, и враг, который смеется над вами, провоцирует, презирает вас или, что еще хуже, игнорирует.
Как бороться с подобным злом? Без двадцати десять, согласно свидетельству домработницы, Сюзанна уходила к себе. В десять часов пять минут, выходя из лицея, отец не увидел Сюзанну на тротуаре, где она обычно его дожидалась. Следовательно, все произошло во время краткой двадцатиминутной прогулки Сюзанны к лицею или по крайней мере где-то рядом с лицеем.
Два соседа утверждали, что столкнулись с ней в трехстах шагах от дома. Одна дама видела, как по улице шла молоденькая девушка, приметы которой совпадали с описанием. Что было после? О дальнейшем не знал никто.
Всюду шли обыски, опрашивали служащих на вокзалах и на таможнях. Они не заметили в тот день ничего такого, что могло быть связано с похищением девушки. Однако в Вилль д’Авре один бакалейщик сообщил, что продавал масло для закрытого автомобиля, приехавшего из Парижа. На водительском сиденье был какой-то шофер, а внутри автомобиля – белокурая дама (необычайно белокурая, как уточнил свидетель). Часом позже этот автомобиль возвращался из Версаля. Из-за затора на дороге автомобиль остановился, что позволило бакалейщику заметить рядом с уже виденной им белокурой дамой другую. И вот она-то была закутана шалями и шарфами. Никакого сомнения, что это была Сюзанна Жербуа.