С ироничной и презрительной вежливостью в голосе, которой так часто унижал его противник, англичанин произнес:
– Господин Люпен, уверяю вас, с этой минуты я больше не буду думать о ночи, которую вы заставили меня провести в особняке барона д’Отрека, о неприятности, случившейся с моим другом Вилсоном, а также о моем похищении в автомобиле и о путешествии, которое я совершил, по вашему приказу привязанный к не слишком удобной койке. Эта минута заставляет забыть все. Я больше ни о чем не буду вспоминать. Я отомщен. Это великолепная месть!
Люпен молчал. Англичанин снова заговорил:
– Вы согласны со мной?
Он словно настаивал, просил о своего рода забвении прошлого.
Немного подумав, внимательно глядя на англичанина, Люпен спросил:
– Я полагаю, мсье, что ваше поведение основано на серьезных причинах?
– В высшей степени серьезных.
– Тот факт, что вы ускользнули от моего капитана и матросов, является второстепенным в нашей борьбе. Но то, что вы здесь, передо мной, один – один перед Арсеном Люпеном! – заставляет меня думать, что вы одержали окончательную победу.
– Окончательную.