– А если за это время он сбежит?
– Но я же остаюсь здесь!
– Битва один на один с ним будет неравной.
– Но не могу же я вломиться к нему, у меня нет на это права, тем более ночью.
Шолмс пожал плечами.
– Если вы арестуете Люпена, никто не будет придираться к тому, как именно вы его арестовывали. Да и вообще, о чем речь? Нам нужно только позвонить. А там посмотрим, что делать дальше.
Они поднялись на этаж. Двустворчатая дверь находилась на лестничной клетке слева. Ганимар позвонил. Никакого ответа. Он позвонил снова. Никого.
– Заходим, – прошептал Шолмс.
– Да, идем.
Тем не менее они замерли с нерешительным видом. Как люди, колеблющиеся в момент совершения решительного поступка, они боялись действовать, им все еще казалось невероятным, что Арсен Люпен находится тут, совсем рядом с ними, за хрупкой перегородкой, которую можно было разбить ударом кулака. Оба они слишком хорошо его знали, этого дьявола во плоти, чтобы допустить, что он даст себя так глупо схватить. Нет, нет, тысячу раз нет, его там уже не было. Через соседние дома, по крышам, по заранее заготовленному ходу он должен был скрыться, и снова они схватят одну лишь тень Люпена.