— Да ну скорей, Данка! — это скучно, — перебил Бизюкин.
— Прежде всего, — продолжала она, — я полагаю, что мальчика надо учить, и потому я сама учу своего Ермошку: я из него вырвала все предрассудки и… Понька, закрой окно!
— Зачем? — спросил не ожидавший этого перехода муж, которому было скучно и который со скуки вылез по пояс в открытое окно.
— Закрой, повторяю, окно.
— Да что за прихоти, когда здесь так душно.
— Понька, третий и последний раз говорю: закрой!
— Зачем закрывать? Там нет никого.
— Есть.
— Да кто же?
— Гром.