-- Нет, мне, -- говорит, -- это будет утешнее.
Его и утешили, -- отвезли в город и отдали в рекруты, а когда сдатчики возвратились, -- с любопытством их стали расспрашивать:
-- Ну, как наш дурак остался там? Не видали ли вы его после сдачи-то?
-- Как же, -- говорят, -- видели.
-- Небось, смеются все над ним, -- какой увалень?
-- Да, -- говорят, -- на самых первых порах-то было смеялися, да он на все на два рубля, которые мы дали ему награждения, на базаре целые ночвы пирогов с горохом и с кашей купил и всем по одному роздал, а себя позабыл... Все стали головами качать и стали ломать ему по половиночке. А он застыдился и говорит:
-- Что вы, братцы, я ведь без хитрости! Кушайте. Рекрута его стали дружно похлопывать:
-- Какой, мол, ты ласковый!
А наутро он раньше всех в казарме встал, да все убрал и старым солдатам всем сапоги вычистил. Стали хвалить его, и старики у нас спрашивали: "Что он у вас дурачок, что ли?"
Сдатчики отвечали: