- Что это было за явление такое? - спросила она, спускаясь в кресло и стараясь спокойно улыбнуться.
- Боже мой! Я просто теряю голову,- отвечал Долинский.- Я был причиною, что вас так тяжело оскорбила эта дрянная женщина.
- Нет... что до меня касается, то... вы, пожалуйста, не думайте об этом, Нестор Игнатьич. Это - совершенный вздор.
- Я дал бы дорого - о, я дорого бы дал, чтобы этого вздора не случилось.
- Эта маска была ваша жена?
- Почему вы это подумали?
- Так как-то, сама не знаю. У меня было нехорошее предчувствие, и я не хотела ни за что ехать - это все Даша упрямая виновата.
- Пожалуйста, забудьте этот возмутительный случай,- упрашивал Долинский, протягивая Анне Михайловне свою руку.- Иначе это убьет меня; я... не знаю, право... я уйду бог знает куда: я просто хотел уехать, хоть в Москву, что ли.
- Очень мило,- прошептала, качая с упреком головой, Анна Михайловна.-Вы лучше скажите мне, не было ли с вами чего дурного?
- Ничего. Она хочет с меня денег, и я ей обещал.