- Потому что он, во-первых, глух, а, во-вторых, это ему удовольствие доставляет.
- И тебе тоже?
- Некоторое.
- А если этот француз тебе сделает дерзость?
- Не смеет.
- Отчего же не смеет?
- Так, не смеет - да и только. Вы давно за границей?- обратилась она опять к Долинскому.
- Скоро четыре года.
- Ой, ой, ой, это одуреть можно. Анна Михайловна засмеялась и сказала:
- Вы уж, monsieur Долинский, теперь нас извиняйте за выражения; мы, как видите, скоро дружимся и, подружившись, все церемонии сразу в сторону.