- Сразу,- серьезно подтвердила Дора.
- Да, у нас с Дарьей Михайловной все вдруг делается. Я того и гляжу, что она когда-нибудь пойдет два аршина лент купить, а мимоходом зайдет в церковь, да с кем-нибудь обвенчается и вернется с мужем.
- Нет-с, этого, душенька, не случится,- отвечала, сморщив носик, Дора.
- Ох, а все-таки что-то страшно,- шутила Анна Михайловна.
- Во-первых,- выкладывала по пальцам Дора,- на мне никогда никто не женится, потому что по множеству разных пороков я неспособна к семейной жизни, а, во-вторых, я и сама ни за кого не пойду замуж.
- Какое суровое решение! - произнес Долинский.
- Самое гуманное. Я знаю, что я делаю; не беспокойтесь. Я уверена, что я в полгода или бы уморила своего мужа, или бы умерла сама, а я жить хочу жить, жить и петь.
Дорушка подняла вверх ручку и пропела:
Золотая волюшка мне милей всего.
Не надо мне с волею в свете ничего.