Надо вспомнить, что тогда влюбленные были гораздо замысловатее и знали секрет переговариваться цветами.
Адъютант призвал на совещание синодального секретаря, и они раскатали перед собою дорогие ткани и начали соображать.
Секретарю «показалось, что вельможа имеет хитрую цель искусить красавицу и узнать: какие она имеет о нем мысли?»
«Цвета материй, говорит Исмайлов, все были знаменательны, а те, которые будто нравились искусителю, выражали восточные объяснения в любви».
Секретарь и адъютант решили: «или ничего не брать, или взять одну материю неопределенного цвета».
Но «красавица» и тут была обоих их умнее: она «решения их не одобряла, а выбрала материю цвета темненького».
То есть степенность и постоянство.
Впрочем, потом она, по просьбе вельможи, взяла и все остальные материи, а своим советчикам сказала, что «иначе невозможно было, не изменив такту приличии».
А между тем, «материя темненького цвета» сделала прекрасное дело, и удивительно скоро. Увлечение государственного мужа молоденькою вдовою назрело до того, что «вельможа пригласил к себе адъютанта, которого считал, может быть, родственником красавицы, и поручил ему узнать: не желает ли она вступить с ним в брак».
Секретарь был уверен, что она откажется, потому что военный генерал, который возил ей чай, сахар и безделки, был сравнительно гораздо моложе и сильнее «государственного мужа на вате и на пробках», и, однако, она даже и ему отказала. Но все эти соображения не годились: вдова сверх ожидания немедленно же дала свое согласие выйти за вельможу на вате.