— Ну-с, — говорю, — милая Домна Платоновна, не на этом же все кончилось?
Домна Платоновна засмеялась и головой закачала с таким выражением, что смешны, мол, все люди на белом свете.
— Прихожу я домой нарочно попозже, смотрю — огня нет.
«Леканида Петровна!» — зову.
Слышу, она на моей постели ворочается.
«Спишь?» — спрашиваю; а самое меня, знаешь, так смех и подмывает.
«Нет, не сплю», — отвечает.
«Что ж ты огня, мол, не засветишь?»
«На что ж он мне, — говорит, — огонь?»
Зажгла я свечу, раздула самоваришку, зову ее чай пить.