— Я стану работать дешевле.
— Вставать надо рано.
— Буду вставать.
— Не будете.
— О, не беспокойтесь, буду. Работа займет.
— Чего ж вы теперь не встаете?
— Вы не понимаете, Юстин Феликсович; тогда у нее будет свое дело, она будет и знать, для чего трудиться. А теперь на что же Ольге Александровне?
— Разве доктор и дочь не ее дело? — спокойно, но резко заметил Помада.
Ему никто ничего не ответил, но Ольга Сергеевна, помолчав, протянула:
— Всякий труд почтенен, всякий труд заслуживает похвалы и поощрения и не унижает человека.