Ольга Сергеевна произнесла это, не ожидая ниоткуда никакого возражения, но, к величайшему удивлению, Помада вдруг, не в бровь, а прямо в глаз, бухнул:
— Это рассуждать, Ольга Сергеевна, так отлично, а сами вы модистку в гости не позовете и за стол не посадите.
Это возражение не понравилось матери, двум дочерям и гостье, но зато Лиза взглянула на Помаду ободряющим и удивленным взглядом, в котором в одно и то же время выражалось: «вот как ты нынче!» и «валяй, брат, валяй их смелее».
Но этот взгляд был так быстр, что его не заметил ни Помада, ни кто другой.
— Мне пора ехать, — после некоторой паузы проговорила Розанова.
— Куда же вы? Напейтесь у нас чаю, — остановили ее Зина и Ольга Сергеевна.
— Нет, пора: меня ждет… — Ольга Александровна картинно вздохнула и досказала: — меня ждет мой ребенок.
— А то остались бы. Мы поехали бы на озеро: там есть лодка, покатались бы.
— Ах, я очень люблю воду! — воскликнула Ольга Александровна.
В конце концов Розанова уступила милым просьбам, и на конюшню послали приказание готовить долгуши.