— Со мной нечего бояться откровенности. Откровенничаете же с кем попало, лишь бы вам потакали по вас.
— Я с вами готов быть совершенно откровенным, — спокойно произнес Розанов.
Генерал взглянул на него и потребовал себе другую чашку чаю.
Он, видимо, обезоруживался, но оставался чрезвычайно возбужденным и серьезным.
— Кто ж это у вас коноводом? Кто этим делом коноводит?
— Я хочу отвечать вам, Александр Павлович, совершенно откровенно, а мой ответ опять вам может показаться уверткой: никакого коновода я не знаю, и никто, мне кажется, ничем не коноводит.
Стрепетов взглянул на доктора, потом хлебнул чаю и проговорил:
— Ну, это значит еще умнее.
— Так оно и есть, как я говорю.
— А какой это иностранец тут у вас сидит?