— Ну да, толкуй: можно-с… Эх, Зина, Алексея-то твоего нет!
— Да, нет, — простонала Зина.
— Чудак, право, какой! Семейная, можно сказать, радость, а он запропастился.
Зина глубоко вздохнула, склонила набок головку и, скручивая пальчиками кисточку своей мантилий, печально обиженным тоном снова простонала:
— Я уж к этому давно привыкла.
— Давно-о? — спросил старик.
— Да. Это всегда так. Стоит мне пожелать чего-нибудь от мужа, и этого ни за что не будет.
— Что ты вздор-то говоришь, матушка! Алексей мужик добрый, честный, а ты ему жена, а не метресса какая-нибудь, что он тебе на зло все будет делать.
— Какой ты странный, Егор Николаевич, — томно вмешалась Ольга Сергеевна. — Уж, верно, женщина имеет причины так говорить, когда говорит.
— Нет, это еще не верно.