— Приказал тебе, сударь, долго жить.
— Умер!
— Скончался; упокой его господи! Его-то волю соблюдаючи только здесь и мычусь на старости лет.
Розанов внимательно поглядел в глаза старухи: видно было, что ей очень не по себе.
— Ну, а Софья Егоровна? — спросил он ее спокойно.
— Замуж вышла, — отвечала старуха, смаргивая на бегающую на глаза слезу.
— За кого ж она вышла?
— За гацианта одного вышла*, тут на своей даче жили, — тихо объяснила старуха, продолжая управляться с слезою.
— А Ольга Сергеевна?
— Все примерло: через полгодочка убралась за покойником. — Ну, а вы же как, Дмитрий Петрович?