— Э, да ты их почти всех повыпустила, — заметил Гловацкий.
— Да. Смотрите-ка, смотрите.
Женни вынула еще одну птичку, и еще одну, и еще одну. На ее лице выражалось совершенное, детское счастье, когда она следила за отлетавшими с ее руки перепелами.
— Ты их всех выпустишь?
— Всех выпущу, — весело ответила она, раскрывая разом пришитый к решету бездонный мешок.
Перепела засуетились, увидя над собою вольное небо вместо грязной холщовой покрышки, жались друг к другу, приседали на ножках, и один за другим быстро поднимались на воздух.
— Вот теперь славно, — проговорила она, ставя в ноги пустое решето. — Хорошо, что я взяла их.
— Дитя ты, Женичка.
— Отчего же, папа, дитя; пусть они летают на воле.
— Их завтра опять поймают.