Белоярцев в этот день не обедал дома и прискакал только в шесть часов. Он вошел, придавая своему лицу самый встревоженный и озабоченный вид.
— Все дома? — спросил он, пробегая в свою комнату.
— Все, — лениво ответила Бертольди.
— А Бахарева? — спросил он, снова выбежав в залу.
— Она в своей комнате.
— Зовите ее скорее сюда. У на с сегодня непременно будет полиция.
— Полиция! — воскликнуло разом несколько голосов.
— Да, да, да, уж когда я говорю, так это так. Сегодня ночью арестовали Райнера; квартира его опечатана, и все бумаги взяты.
Бертольди бросилась с этой новостью к Лизе.
— Нужно все сжечь, все, что может указать на наши сношения с Райнером, — говорил Белоярцев, оглядываясь на все стороны и соображая, что бы такое начать жечь.