Ахилла побледнел от досады.
— Что же ты не рад, что ли, этому? — вопросил Захария.
— А мне какое до этого дело?
— Как какое до этого дело? А ты спроси, кто назначен-то?
— Да разве мне не все равно?
— Академик*!
— Ну вот, академик! Вишь чему вы обрадовались! Нет, ей-богу, вы еще суетны, отец Захария.
— Чего ты «суетный»? Академик — значит умный.
— Ну вот опять: умный! Да пусть себе умный: нешто мы с вами от этого поумнеем?
— Что же это, — стало быть, ученого духовенства не уважаешь?