— Ничего, — сказал Ирмэ. — Да, чтоб не забыть: пожевать есть?
— Есть. — Мамочка вытащил из кармана кусок хлеба, густо намазанный гусиным жиром. — А покурить есть?
— Ого! — удивился Ирмэ. — Ты это когда курить-то начал?
— Рано утром вечерком, поздно на рассвете, — сказал Мамочка. — Скрути-ка потолще.
Ирмэ скрутил Мамочке цыгарку толщиной в палец и взамен получил хлеб с жиром и огурец.
— Рано ты курить-то начал, — сказал Ирмэ. — Тебе сколько?
— Тринадцать, — сказал Мамочка. — Тебе пятнадцать, что ли?
— Вроде, — сказал Ирмэ. — Я, брат, тебе в дяди гожусь.
— Велик пень, да дурень, — проворчал Мамочка.
— А ты не лайся, — добродушно сказал Ирмэ, — в морду дам.