Когда Свен Бидевинд повернулся, чтобы итти на свое место, он увидел кислую физиономию Симона Сельмера, и завистливый взгляд его отца с передней скамьи.
Тогда он понял наконец. Он был первым учеником.
И, весь сияя широкой радостной улыбкой, Свен Бидевинд пошел к матери.