— Шестьсот тридцать, — тотчас же сказал Федя.
— Ого! — удивился Вася Марков и с деловитым видом пощупал голову Феди. — Ай да арифмометр! Как это у тебя получается?
— Трудно, что ли? — улыбнулся Федя. — Четырнадцать — это два, умноженное на семь. Сначала я умножил сорок пять на два и получил девяносто, а потом умножил девяносто на семь… Простая штука!
— Ага, ага, у меня тоже получается! — обрадовался Вадик. — Раз!
Он повернул ручку — в окошечки выглянула цифра «360». Братья Самохины так расхохотались, что им пришлось подпереть друг друга спиной, а Егорша забыл, что он судья, и схватился за живот.
— Товарищи, вы же ничего не понимаете! — крикнул Вася Марков. — Вадька по ошибке вместо арифмометра принес новую огородную трещотку воробьев пугать. Ай да трещоточка! Он же специалист по трещоткам!..
— Отстань! — Рассвирепевший Вадик оттолкнул Васю, который тянулся к арифмометру, закрыл машинку чехлом и убежал.
Это состязание испортило Вадику настроение на весь остаток школьного дня. Он отмалчивался, когда Паня заговаривал с ним о занятиях по-новому, получил замечание за невнимательность от учительницы математики Софьи Никитичны и даже забыл о записочках и о своей медной трубке для артиллерийских дуэлей.
После уроков Паня нагнал Вадика за воротами школы и повел решающий разговор.
— Ты, Вадька, брось свои игрушки и берись за дело, как я берусь, — сказал он. — Приходя ко мне в четыре, сядем, сделаем все, что задано по арифметике, истории и английскому…