— Итак? — спросил гость.
— Камню этому цены нет, — глухо сказал Георгий Модестович. — Втрое, а то и впятеро стоит. — Он встал и быстро поклонился гостю: — Прошу вас больше с такими делами ко мне не ходить! Понятно вам? Покорно прошу!
— Мерси! — поблагодарил обрадованный гость, направляясь к двери. — Весьма признателен за консультацию. Вы меня вновь на свет родили…
Спускаясь по лестнице, он произнес, обращаясь к жене Георгия Модестовича:
— Уморительный случай!..
Но в это время дверь вверху шумно и широко открылась, Георгий Модестович выбежал на площадку и завопил:
— Аферисты! Подпольно камень скупают! Вон отсель, Гумбольдт!
Испуганный гость вылетел на улицу. Примерно через час Георгий Модестович спустился вниз и приказал жене:
— Ты вот что. В чемоданчик малый, знаешь, хлеба белого положи, бутерброды… Я на день-два съезжу, а куда — это все равно, никому дела нет. — Он подумал и уже крикливо добавил: — Валентина Абасина придет, так скажи ей, что я на совещании в «Ювелирторге» и до ночи дома не буду. Видеть ее не желаю! Порадовали меня с женишком! Спасибо им!
Разбитый, сгорбленный, он медленно поднялся к себе и до вечера не подавал признаков жизни.