— Пошли! — приказала Ниночка, и они поднялись на высокое гранитное крыльцо.
Почтамт, просторный, с колоннами, облицованными красным тагильским мрамором, шумел ровно и напряженно. Приближался конец рабочего дня, с каждой минутой все гуще становилась толпа в вестибюле, у кабинок таксофона, в зале у окошечек телеграфа и авиапочты. Ниночка повела себя деловито, будто показывала Валентине, как нужно держаться в подобной обстановке.
— Прежде всего в стол заказов междугороднего телефона, — распорядилась она. — Не отставай, Валя!
Работница стола заказов, услышав фамилию Ниночки, взглянула на нее с любопытством: Колыванова знали хорошо.
— Да, будете говорить с Новокаменском… Пройдите в переговорный зал.
— Слава тебе, Константин Иванович! — шепнула Ниночка. — Милейший старик!
Зал переговоров Валентина увидела впервые: двенадцать нумерованных кабин по левую руку, откидные стулья вдоль стены направо, нетерпение на лицах людей, ожидающих своей очереди и с надеждой поглядывающих на служебный репродуктор, как только раздавался голос диспетчера.
Девушки сели, ожидание началось. Спокойный голос диспетчера звучал снова и снова. Казалось, идет географическая игра по горнозаводскому Уралу. Диспетчер вызывал людей для переговоров с Тагилом и Полевским, с Каменск-Уральском и Алапаевском, с Кировградом, Ревдой, Серовом, Нижними Сергами, Первоуральском. Время от времени попадались странные для непривычного уха географические названия, взятые из мира руд и минералов: город Асбест, Колчедан, Самоцветы, Динас, Рудянка… В этом отношении география сталинского Урала неповторима. В самых названиях городов и станций отразились богатство края и трудолюбие советского человека.
Клиенты проходили в кабины, после неумеренно высокого «Алло, слушаю!» начинался разговор, иногда такой горячий, что ожидавшие слышали все. Речь шла о разных вещах: о кровельном железе для какой-то стройки, о генераторе для новой колхозной гидростанции, о трубах такого-то сечения, о транспортерных лентах такой-то ширины, о мраморе для московского метро, о проекте клуба старателей, о командировке геологов в сугубо сельскохозяйственный район, где вдруг обнаружились богатые месторождения никеля. Голоса были разные, но казалось, что один разноголосый, озабоченный и требовательный человек хлопочет в большом хозяйстве, негодует, встретив препятствие, и шумно радуется, когда «дело на мази», «дело вышло», «все будет ладно». Неожиданно прозвучал захлебывающийся от счастливого волнения молодой голос: «Мамочка, Зоя родила сына!.. Мамочка, все благополучно… Когда ты приедешь, мамочка?», заставивший всех улыбнуться.
— Товарищ Колыванова, говорите с Новокаменском из кабины седьмой! — сказал диспетчер.