— Валя? Еще один провал, — сообщила подруга. — Ну, видела Таню, поговорила с нею. Она клянется, что не виновата…
— Я была в этом уверена.
Вечер был безветреный, пахнущий медленно остывающим камнем. На троллейбусе Валентина снова поехала в центр, но веселый вечерний шум города показался таким чуждым, что впору было плакать. Вернулась к вокзалу. Здесь суетились люди с чемоданами, узлами и рюкзаками. Пришлось постоять в очереди за билетом.
Раздался девичий звонкий крик:
— Девчата, да это же Валя! Это Валя Абасина!
Несколько девушек, студенток Горного института, бросились к ней с объятиями, поцелуями, задергали, закружили, наспех рассказали, что возвращаются к месту практики после поездки в Горнозаводск, и умчались к поезду.
Встреча с подругами случилась как раз в то время, когда мимо проходил невысокий полный мужчина с плащом, переброшенным через руку. Услышав фамилию Валентины, он замедлил шаг, обернулся, внимательно посмотрел ей в лицо, чуть заметно улыбнулся и пошел дальше.
Была и еще одна встреча.
— Георгий Модестович! — воскликнула Валентина и бросилась к старику, который пробирался к соседней кассе.
Мил-друг, одетый по-дорожному в бушлатик, с чемоданчиком, но в своей неизменной тюбетейке, увидев Валентину, смутился.