— Постой, Павлуша… Какой ты страшный! — сказала она, отстранив сына, чтобы лучше рассмотреть его лицо. — У тебя был грипп? Я никогда не простила бы Валентине, что она оставила тебя здесь без помощи. Но ведь тебя потеряли… Валя была уверена, что ты уехал в Горнозаводск, поехала за тобой. Бедная девочка, она столько пережила. Мы говорили с ней только что по телефону. Она сегодня приедет к Максиму Максимилиановичу. Знаешь, они с Ниночкой Колывановой пытались выяснить насчет этого странного вызова… Валя обещала приехать и все рассказать.
— Может быть, узнала что-нибудь? — встрепенулся Павел, одумался, потускнел, проговорил как бы про себя: — Впрочем, это уже будет не решением, а подтверждением.
— Кто послал вызов? Максим Максимилианович говорит, что, вероятно, тут замешана какая-нибудь твоя знакомая. Конечно, это глупости, Павел, ведь так?
— Послал вызов тот, кто хотел убрать меня из Новокаменска, особенно с Клятой шахты… Впрочем, я сам не верю себе до конца.
— Но кому и зачем понадобилось убрать тебя с шахты?
— Не торопи меня, мама, дай придти в себя.
— Вернее, привести себя в порядок, — поправила она. — Я принесу воды, а ты разведи огонь. Нужно побриться, переменить рубашку. Есть у тебя чистые платки?
Отобрав у нее тяжелое деревянное ведро, Павел отправился к реке. Когда он вернулся, печь уже топилась, возле хозяйничавшей Марии Александровны стояла Ленушка и слушала ее, смущенно улыбаясь.
— Мы познакомились, — сказала Мария Александровна. — Это ведь та Ленушка, о которой ты писал?.. Осенью пойдешь в школу, девочка!
— Вот Петюша из Клятого лога прибежит, тогда пойду, а без него нипочем не пойду, — рассудительно ответила верная подруга Петюши.