— Какие чудовищные вещи ты говоришь, Павел! Павел хотел возразить, но не сказал ни слова и опустил голову.
Несколько шагов они сделали молча.
— Павел, мы говорим о прошлом, а меня интересует только одно: как ты смотришь на свое будущее?
— Самое тяжелое, что мое будущее и Новокаменск все же, несмотря ни на что, кажется, несовместимы, — медленно произнес он.
— Ты говоришь — «кажется». Но ведь есть приказ о твоем снятии с работы. В тресте против тебя. При чем же тут «кажется»?
— Нет, мама… Приказ о моем снятии не подписан, и в тресте нет ни одного человека, который окончательно лишил бы меня доверия… И все же в Новокаменске остаться я, вероятно, не смогу.
— Не понимаю, Павел…
— Ты поймешь это потом, — едва слышно ответил он.
Его лицо в эту минуту показалось Марии Александровне незнакомым.