— Роман убит? — оторопело переспросил Самотесов. — Что ты, Тихон!
— Мы с девочкой застали его еще теплым. Он в своей избе на полу лежит с проломленной головой. Езжайте в Конскую Голову. Девочка почти одна. Там, в другой избе, ее отец пьяный отсыпается. Только что пришел. — Он обернулся к Павлу, который смотрел на него с жадным, мучительным нетерпением. — Все так, как вы вчера говорили. Бандит или бандиты закрывают путь к «альмариновому узлу». Ведь Роман, как вы мне говорили, работал на шахте, он, вероятно, знал дорогу. Не входите в избу, пока я не приеду с работниками милиции.
— Заверните в дом приезжих треста, Тихон Федотович, — встрепенулся Павел. — Там остановился Игошин…
— Майор Игошин! Хорошо, что он здесь! — обрадовался Федосеев. — Непременно поставлю его в известность! Ждите меня с овчаркой! — И он вскочил на машину.
Теперь Никита Федорович не гнал лошадь; искоса посмотрел на Павла и посвистел сквозь зубы. Их недавний разговор о человеке, которого не стерпит земля, припомнился Павлу; он почувствовал приступ духоты, выпрыгнул из экипажа, пошел рядом, засунув руки в карманы.
— Теперь видишь, какие могут быть люди? — спросил он. — Старика, полумертвого!..
— Я фашистов насмотрелся… Разведчиком ведь одно время был, далеко за фронт хаживал. Но знаешь, Павел Петрович, что я тебе скажу: не сделает так русский человек, не поднимет руку на старика, а тем более на хворого. Фашист так сделает, а русский человек — не верю!..
— Да разве он русский человек, разве он русский! — крикнул Павел, зашагал быстрее, остановился, дождался, пока экипажик поравнялся с ним, и снова занял место рядом с Никитой Федоровичем. — Последняя надежда рухнула: Роман погиб, и, значит, вход в Клятую шахту закрыт, — сказал он. — Не удивлюсь, если выяснится, что Петюшу подстерегли и убили. Ленушка мне рассказала, что неизвестный ей дядя навестил Романа как раз до того, как старик с Петюшей ушел в лог, а потом вернулся один. «Тот», может быть, решил на всякий случай убрать и старика… Теперь «он», вероятно, делает с шахтой что ему угодно. И хорошо еще, если «он» только «альмариновый узел» разбирает, а если «он» калечит шахту…
— Один не искалечит…
— Но, вернее всего, у «него» есть помощники. Тот же Халузев.