Попрощались. Игошин кратко напомнил Самотесову план действий:
— Доберетесь до ходка — один выстрел. Не доберетесь до двенадцати — два выстрела. Столкнетесь с кем-нибудь — три выстрела. Как думаете, товарищ Пантелеев, не заблудитесь в болотах этих, не потеряетесь?
— Не сомневайтесь, — прогудело из темноты. — По звездам напрямик выйдем, а болота на миру не страх.
— Не пускать в ход оружие до последней крайности, брать живьем.
— Понятно, — ответил Самотесов.
— Запомните, товарищ Федосеев: именно здесь, на дороге, нужно будет, примерно к двенадцати часам, поставить сильный пикет… Значит, поторопитесь. Второй пикет поставьте у того места, где Голубок подошел по следу к болоту. О других пикетах мы с вами говорили.
— Все будет сделано.
— Прощайте!
— Всего хорошего! — сказал Федосеев. — Прощайте, Павел Петрович!.. Все же считаю неправильным, товарищ Игошин, что вы меня в тылу оставляете.
— Ничего, вам ночью может достаться горячо, товарищ секретарь партийного бюро, — успокоил его Игошин. — Кажется, все? Разошлись!