«Будьте бдительны, стойки, внимательны, терпеливы, осторожны, решительны, предприимчивы». Усанов так часто употреблял эти слова, что Фёдору стало казаться, будто всю свою жизнь до этого дня он был рассеян, беспечен и нерешителен.
2
Судебный процесс длился пятый день, и, несмотря на это, зал был переполнен.
Среди публики находились представители иностранных консульств, за столом прессы — корреспонденты советских и заграничных газет, фоторепортёры.
Слушалось дело агентов харбинской антисоветской организации, созданной несколько лет назад неким Родзаевским из разгромленных Красной Армией белогвардейских шаек барона Унгерна и атамана Семёнова. В шайку Родзаевского входили отъявленные бандиты, люди без роду и племени, готовые служить любому хозяину, лишь бы им хорошо платили.
На скамье подсудимых сидели пять человек из этой банды: два японца, один немец и два русских белогвардейца. Все они были пойманы с поличным при попытке перейти советскую границу.
Главный обвиняемый, грузный мужчина лет за пятьдесят, бывший сотенный атамана Семёнова, держался самонадеянно. Он щурил маленькие глаза и, отрицательно отвечая на вопросы судьи и прокурора, поглядывал на иностранных дипломатов, явно ища у них сочувствия.
По его словам, он никогда не интересовался данными о строительстве советских оборонительных сооружений и не собирался взрывать названные судьёй и прокурором мосты и электростанции; он якобы не получал никаких денег от иностранных разведок — всё это недоразумение, не больше. Верно, он и его знакомые попали в руки советских властей, но советские солдаты сами нарушили границу, захватили их силой на маньчжурской территории и, угрожая оружием, привели на пограничную заставу.
Японцы сидели, прикрыв лица ладонями, и не отвечали ни на один вопрос. А второй белогвардеец и немец тоже отпирались, пытаясь запутать дело.
Пятый день начался с допроса свидетелей.