— Граммов по триста-четыреста.
— Каждое? — изумился подполковник. — Что же это за сорт? Откуда он к вам переселился?
— Это, собственно, не один сорт, вернее, теперь-то один, но создан он из двух сортов. У него очень любопытная история. Вам известны работы Мичурина по скрещиванию и последующему воспитанию растений? Суровая природа не пускала на север садовые культуры, перед тундрой отступала даже карликовая, лопарская берёза. Вы, наверное, видели её по дороге к нам.
— Такая корявая, метра в три?
— Она самая, — подтвердил Парфёнов. Садовод и подполковник вышли из сада.
Перед их глазами до самого горизонта высились сопки. В долине раскинулся город, на окраине которого дымили заводские трубы.
— Этот город возник всего на год раньше нашего сада, — сказал Парфёнов. — А там,— указал он влево, где что-то переливалось на солнце, — там овощной совхоз, большое парниковое хозяйство. Это парниковые рамы блестят.
За обедом Парфёнов рассказал подполковнику историю сада, где он работает почти десять лет.
— Теперь ваша очередь что-нибудь рассказать, — шутливо потребовал он. — Вы, наверное, на многих границах служили, во многих боях и схватках участвовали. Шпионов ловили, контрабандистов.
— Приходилось,— односложно ответил подполковник.— Но особенно интересного, такого, о чём пишут в приключенческих романах, со мной не случалось. Впрочем, одна история была, пожалуй, любопытная. Это случилось лет семнадцать назад. Я служил тогда в горах Тянь-Шаня, на границе с Синь-Цзянем.