2
— В Н-ске вас ждет самолет, — сказал начальник заставы. — Вы должны поспеть туда послезавтра к утру. Обязательно к утру. Самолетов не будет до весны. Теперь все зависит от вас!..
Начальник сказал еще, что если испортится погода, Бочкарев и Юдин не должны сразу возвращаться на заставу, непогоду следует переждать в комендатуре.
Он пожал им на прощанье руки. Николай Бочкарев и Иван Юдин вскочили на коней и поскакали по каменистой тропе, сырой от осеннего тумана. Несмотря на ранний час, все оставшиеся на заставе пограничники вышли провожать товарищей и смотрели вслед всадникам до тех пор, пока они не скрылись за утесом.
В ленинской комнате только и было разговоров, что о Бочкареве и Юдине. Им предстоит преодолеть Северный хребет (средняя высота его равна высочайшей вершине Альп Монблану!), спуститься в Черное ущелье и добраться по нему до выхода в долину. Редкий горец отважился бы проделать этот путь осенью, в пору, когда начинались дожди и вот-вот могли обрушиться снегопады. Совсем недавно в Черном ущелье сшибло обвалом трех контрабандистов, тайком пробиравшихся из Синь-Цзяня. Больше километра падали они вниз, увлекаемые лавиной камней, прежде чем их изуродованные тела достигли отлогого ската, где и были найдены пограничным нарядом.
Отъехав от заставы километров четырнадцать, Бочкарев и Юдин вынуждены были спешиться и вести коней в поводу: путь на хребет оказался загроможденным обломками камней — результат нового обвала.
С каждым шагом горы становились все круче и все теснее сжимали долину. Что-то грозное было в этих каменных громадах, вздымавших острые снеговые вершины к сумрачному осеннему небу.
Николай шел первым. Иван — следом за ним, прихрамывая на правую ногу: поскользнувшись, он зашиб ее о камень.
Оба они молчали, и только цоканье подков нарушало суровую тишину гор. Судя по времени, солнце достигло зенита, но лучи его не могли пробить пелену густых туч.
Иван посмотрел на лошадь Бочкарева, к седлу которой был прикреплен длинный сверток, тщательно завязанный в плотную мешковину.