— Вы зря так говорите, — последовал ответ, — Гусев моряк преотличный, вы сами в этом убедились.
Разговор этот происходил вскоре после возвращения «Отважного» из рейса на далекую зимовку, куда в конце ноября редко заходят даже большие корабли. Гусев доставил туда ценнейший груз — избирательные бюллетени и литературу к выборам в Верховный Совет СССР.
Встречать «Отважного» высыпал чуть ли не весь город, и когда в порт следом за ледоколом вошел обледенелый, побитый штормами катер, оркестр заиграл туш и толпа разразилась громким «ура».
После торжественной встречи Гусев сразу отправился домой.
— Теперь буду спать двое суток.
Но на следующее утро, еще затемно, он на другом судне отправился в дозорное крейсерство, вызвавшись заменить заболевшего командира сторожевика «Кит».
Мне хотелось поближе познакомиться с Евгением Владимировичем, но он явно избегал встреч.
Впервые я попал к нему в гости без приглашения. Как-то мне срочно понадобились для справки «Труды вулканологической экспедиции Академии наук». К удивлению моему, библиотекарша ответила, что книгу взял Гусев, — ну, я и направился к нему.
Жилье Гусева поразило меня обилием книг: два книжных шкафа, заваленный книгами стол, на полу — тоже стопки книг. На стене висели карта Тихого океана и репродукция с левитановского пейзажа «Март».
Евгений Владимирович был явно недоволен моим появлением, однако, узнав о цели моего прихода, он оживился и завел разговор сначала о географии Камчатки, а потом о книгах. Выяснилось, что он перечитал почти всю клубную библиотеку и чуть ли не все свои деньги тратит на покупку литературных новинок и выписку журналов.