— Руки вверх! Не оборачиваться!..
Нарушитель невозмутимо, будто только и дожидался этой команды, поднял руки и вдруг стремительно прыгнул вправо.
Петр выстрелил. Он готов был поклясться, что попал нарушителю в ногу, но, по-видимому, рана оказалась лёгкой, так как тот скрылся за поворотом скалы.
Прячась за камни, противники несколько раз безрезультатно обстреляли друг друга. Враг упорно продолжал взбираться на хребет. Пётр настойчиво преследовал его, однако нарушитель находился в более выгодном положении — на несколько десятков метров выше, к тому же Петру мешала ушибленная нога, и с каждой минутой расстояние между ними всё увеличивалось. Наконец, враг совсем исчез из виду.
Сначала сержант находил след по пятнам крови на камнях, но вскоре и их не стало — враг сумел перевязать рану.
Погоня продолжалась почти целый день. К закату солнца Пётр добрался до гребня злополучного утёса. Здесь и произошёл тот случай, который поставил его в едва ли не безвыходное положение…
4
Вися над пропастью, Пётр лихорадочно соображал, что же следует предпринять. Предпринять не только для спасения своей жизни, но и для того, чтобы перехитрить и захватить врага. Вероятнее всего, тот полагает, что ему удалось убить пограничника. Проверить это враг не в состоянии: из каменистой впадины на крутой утёс не взобраться. А раз так, он, безусловно, станет некоторое время выжидать, и если даже Петр сможет подтянуться на руках, тот снова выстрелит в него.
Сержант ещё раз посмотрел в пропасть, и у него возник дерзкий план.
В первую очередь нужно освободить правую руку: с одной свободной рукой ничего не сделать, Пётр покрепче ухватился левой рукой за гранитный зубец, чуть-чуть отодвинулся от скалы и приподнял автомат. Передохнув секунду — другую, осторожно перекинул заплечный ремень через голову и отпустил: теперь автомат висел за спиной. После этого Пётр протянул вверх правую руку, нащупал второй гранитный выступ и ухватился за него.