Шум умолк.
— Принесите веревку, — спокойно прибавил он.
Култус Джордж пожал плечами, и лицо его искривилось в мрачную недоверчивую улыбку. Ему знакома белая порода. Он достаточно поработал с ними, он достаточно съел их хлеба, сала и бобов, чтобы не знать их. Эта порода повинуется законам. Он это прекрасно знал. Они всегда наказывают человека, нарушившего закон. Но он не нарушал закон. Он знает закон. Он живет по закону. Он никого не убивал, ничего не крал, не лгал. А закон белого человека не запрещает запрашивать цену и торговаться. Они все запрашивают и торгуются. Они сами его научили. А кроме того, если он не достоин пить с ними, он не достоин участвовать и в их благотворительности и во всех их прочих глупых затеях.
Когда принесли веревку, Долговязый Билль Гаскелл, Толстый Олсен и игрок в кости, разгоряченные гневом, неловко затянули петлю на шее индейца и перекинули конец через балку на потолке. С десяток золотоискателей ухватились за конец и приготовились вздернуть его.
Култус Джордж не сопротивлялся. Он знал, что это такое — его запугивают нарочно. Белые любят обманывать. Разве не покер их любимая игра? Разве они могут купить или продать что-нибудь без обмана?
— Подождите! — скомандовал Кит. — Свяжите ему руки. Не давайте ему возможности цепляться.
«Все вранье», — решил Култус Джордж и спокойно позволил связать себе руки за спиной.
— Это ваш последний шанс, Джордж, — сказал Кит. — Берете упряжку?
— Сколько? — сказал Култус Джордж.
Удивляясь тому, что он способен на такую вещь и в то же время возмущенный безмерным эгоизмом индейца, Кит подал знак. Не меньше удивлен был и Култус Джордж, когда почувствовал, что петля затянулась на его шее и приподняла его с пола. Его упорство было сломлено в одно мгновение. Лицо его выражало изумление, страх и боль.