— Ты святой, домулла… — сказал Джалиль. — Ты прятал в своем доме девушку… Ты… — голос его дрожал от гнева. Он поднял камчу и начал наносить ею удары до-мулле, один за другим.
Если бы не оттащили полумертвого от страха старика, он бы погиб.
Мы бросились к Сабире. Она плакала и смеялась. Рассказывая друг другу виденное, мы все отправились в дом председателя.
— Я не верил, я не верил… — шептал по дороге Шамши. Но тут нас ждала новая неожиданность. У крыльца стояли оседланные лошади. К нам навстречу вышел какой-то хмурый человек с портфелем, сопровождаемый милиционером.
«Уполномоченный, который должен был прибыть в Гарм», — догадался я.
— Я должен вас задержать, — сказал уполномоченный, — директива…
Все остановились.
— Что он говорит? — спросил Джалиль, указывая на уполномоченного, не понимая по-русски, но чувствуя, что мне грозит какая-то неприятность.
— Должен задержать, — объяснили ему.
Джалиль Гош вдруг схватил ружье.