Конни пошла в моечную, куда воду подавал насос. Дверь слева вела, очевидно, в кладовую. Открыв задвижку, она улыбнулась: вот что он называет кладовкой — длинный, узкий, побеленный внутри шкаф. Но там все-таки умещались бочка пива, посуда и кое-какая еда. Конни отлила немного молока из желтого кувшина и вернулась в комнату.
— Где вы берете молоко? — спросила она.
— У Флинтов. Они оставляют для меня в конце парка бутылку. Там, где мы встретились в прошлый раз.
Но он явно был выбит из колеи.
Конни разлила чай и взяла из буфета молочник со сливками.
— Мне без молока, — сказал он; и в тот же миг насторожился, взглянув на дверь, ему послышался снаружи какой-то шорох.
— По мне, лучше бы затворить дверь.
— Может, не надо? Вряд ли кто-нибудь придет.
— Шанс один из тысячи, но ручаться все же нельзя.
— Ну и пусть, — сказала она. — Мы ведь только пьем чай. А где ложки?