Опять замолчали. Он смотрел в окно, улыбаясь не то с горечью, не то с насмешкой. Ее задевала эта его усмешка.
— Вы что, не предостерегались? — вдруг сказал он. — Так же как и я?
— Я это ненавижу, — пролепетала она.
Он посмотрел на нее, затем устремил взгляд в окно, по-прежнему чуть заметно улыбаясь. Молчание становилось невыносимым.
Наконец он повернулся к ней и сказал, не скрывая иронии.
— Так вот зачем я вам понадобился — для ребенка.
Конни опустила голову.
— Нет, не совсем, — прошептала она.
— Не совсем? Как это не совсем? — сказал он с явным желанием уколоть ее.
— Не знаю, — Конни с укором взглянула на него.