Нижеследующий отчет об его обратном путешествии на лодке барона Шпигеля взят из его дневника и писем к матери.
«Когда неприятельская шхуна показала замаскированные орудия и дала первый залп, я стоял в боевой рубке. Вблизи от нее разорвался снаряд. И я упал без сознания. Лодка находилась в полупогружённом состоянии, вышла из управления и качалась на месте. Сквозь сумерки выделялся парусный корабль, все еще продолжавший вести огонь по лодке. Придя в сознание, я вскочил с палубы и закричал рулевому:
«Право на борт!»
В тот момент снизу выскочил лейтенант Узедом с криком: «Где командир?»
«Он должен быть внизу с вами», — ответил я.
Я уделял все свое внимание удержанию лодки на зигзагообразном курсе, чтобы уклониться от попадания в нее неприятельских снарядов. С 14-градусным креном на правый борт «U-93» находилась наполовину под водой. Я ожидал в любой момент, что она потонет у меня под ногами.
На палубе в воде лежало несколько раненых. Узедом бросился к ним, но командира среди них не было. Удар! Снаряд пробил боевую рубку. Другой удар! Оглушительная детонация. Снаряд взорвался в люке, ведущем в командирское помещение. Я только что отдал приказание погружаться, но второй взрыв прервал эту манипуляцию. При наличии нескольких зияющих дыр «U-93» не способна была больше погружаться. Нам необходимо было предпринять последнюю попытку выйти из боя. Сгущавшаяся темнота была в этом отношении нашим союзником. Через несколько минут мы были уже укрыты во мгле и облаках дыма от взрывов снарядов.
Узедом неистово обыскивал всю лодку с носа до кормы в поисках командира. Он не был найден. Отсутствовали еще два человека: рулевой Кнаппе и помощник машиниста Деппе. Взрыв снаряда, который лишил меня сознания и полузатопил лодку, должен был, по всей вероятности, смахнуть в море всех троих.
Наш командир! Мы как-то не могли понять, что он был потерян. Мы были слишком беспомощны даже для того, чтобы вернуться и поискать его. С этого момента каждая капля нашей энергии должна была быть концентрирована на поддержании на плаву нашей избитой и продырявленной лодки.
Я мог лишь подозревать, какое опустошение произведено в нашем машинном отделении. Но на счастье дело там обстояло не так уж плохо, как я думал. Старший механик и вся команда лихорадочно работали. Вскоре он смог донести: